Madilain
XI

Союз Вронского и Анны (продолжение)

Вронский. Личностная характеристика (окончание)
В Москве разворачивается настоящая драма Анны с ее болезненной ревностью, истериками, чуть ли не каждодневными ссорами с любовником.
Толстой, придерживаясь своих первоначальных планов, подводит пару к трагической концовке. На первый взгляд, ревность Анны обоснована: Вронский все чаще отсутствует дома, появляясь в обществе без Анны и приятно проводя время; он возвращается к своим холостяцким привычкам и приятелям; восстанавливает деловые отношения с матерью, которая упорно сводит его с молодой княжной Сорокиной, занимается земскими делами. И хотя Вронский постоянно говорит Анне о своей любви и отрицает какие-либо связи с другими женщинами, она ему не верит. Кроме того, как я уже упоминала, между этими сильными личностями идет борьба за лидерство в паре, борьба Вронского за свою мужскую независимость, за право заниматься общественной деятельностью, иметь свои увлечения.

Недовольство Анны земской деятельностью Вронского началось еще в Воздвиженском, оно прорвалось за обедом, на котором присутствовала Долли: «Я боюсь, что в последнее время у нас слишком много этих общественных обязанностей. … Алексей теперь здесь шесть месяцев, и он уж член, кажется, пяти или шести разных общественных учреждений — попечительство, судья, гласный, присяжный, конской что-то. … И я боюсь, что при таком множестве этих дел это только форма. ... Анна говорила шутливо, но в тоне ее чувствовалось раздражение». И когда Вронский уезжал на неделю на земские выборы, Анна опять переживала, ревновала его к его делам, придумывала предлоги, чтобы побыстрее вернуть его в имение.
В свою очередь, Вронский не понимает и не принимает занятий и увлечений Анны, из-за чего между ними вспыхивают очередные ссоры.
Еще раз повторюсь, что мне это кажется абсолютно нелогичным после показа Толстым реалистичных картин любви, единства и совместной деятельности возлюбленных, после признания Вронским Анны равноправным партнером, развитой, разносторонней личностью.

В Москве же Анна, по версии Толстого-моралиста, упорно хочет заменить собой все интересы и дела Вронского, подмять любовника под себя. Теперь все ее мысли и разговоры сводятся лишь к их любви и его «изменам». Поведение Анны и отношения между любовниками разительно отличаются от того, что было между ними ранее. Из спокойной, счастливой женщины, живущей полноценной жизнью, она превращается в ревнивую истеричную фурию, отравляя жизнь и себе и Вронскому. Толстой добросовестно выполняет пункт своего плана – показать, что сожителей связывает только плотская безрадостная и бесплодная любовь .
«Мрачная, тяжелая» любовь Анны гнетет Вронского. Ухудшение ситуации идет стремительно, но внятного объяснения причин этого процесса и столь резкой перемены характера героини Толстой не дает. Складывается впечатление, что писатель просто хочет довести действо до задуманного конца. С этой задачей он справляется очень быстро. Анна неожиданно бросается под поезд, а спустя всего два месяца о ней никто (кроме Вронского и его матери) не вспоминает, как будто человека и не было! Жизнь идет своим чередом, и даже брат Анны, Стива, «уже вполне забыл свои отчаянные рыдания над трупом сестры».
Забвение – вот наказание Анны от людей, некогда окружавших ее.

Воспоминания об Анне у Вронского и у его матери самые тяжелые. Графиня Вронская говорит о ней, естественно, в негативном ключе, обвиняя Каренину во всех несчастьях своего сына. Она подводит итог трагической судьбы отступницы: «… она кончила, как и должна была кончить такая женщина. Даже смерть она выбрала подлую, низкую. … самая смерть ее — смерть гадкой женщины без религии. Прости меня бог, но я не могу не ненавидеть память ее, глядя на погибель сына».
Вронский же «старался вспомнить ее такою, какою она была тогда, когда он в первый раз встретил ее тоже на станции, таинственною, прелестной, любящею, ищущею и дающею счастье, а не жестоко-мстительною, какою она вспоминалась ему в последнюю минуту. Он старался вспоминать лучшие минуты с нею, но эти минуты были навсегда отравлены. Он помнил ее только торжествующую, свершившуюся угрозу никому не нужного, но неизгладимого раскаяния».

По воле Толстого разбивается и жизнь Вронского, соблазнителя и любовника Анны, связанного с ней сильнейшими узами «преступной» любви. Шесть недель после смерти Анны он ни с кем не разговаривал, никого не хотел видеть, родные боялись, что он покончит с собой. В этой депрессии он отдал свою дочь Каренину, что мучает Вронского так же сильно, как и воспоминания об Анне.
Вронский отправляется на сербо-турецкую войну, уже морально готовый к своей гибели:
«…жизнь для меня ничего не стоит. … Я рад тому, что есть за что отдать мою жизнь, которая мне не то что не нужна, но постыла. Кому-нибудь пригодится… Да, как орудие, я могу годиться на что-нибудь. Но, как человек, я — развалина».

В романе Толстого Анна совершила самоубийство – самый страшный грех по православному христианству, т.к. это убийство, в котором уже нельзя раскаяться. К нему приводит грех духовного падения, безбожной и неправедной жизни, считает Христианская Церковь. И этот самый страшный грех Анны Толстой усугубил тем, что представил ее виновной в развале жизней близких ей людей: Каренина и Вронского и оставлении сиротами своих детей. Косвенно ее смерть задела чувства матери Вронского, переживающей за сына, и родных самой Анны.
Выбор такой концовки истории Анны – это приговор Толстого своей героине за ее адюльтер, за попытку жить с любимым человеком, самой распоряжаться своей жизнью, жесточайший приговор непрощения ни близкими людьми, ни обществом, ни Церковью.

Кстати, надо заметить, что вынесение приговора за жизненные грехи Анны самим писателем противоречит цитате из Библии, поставленной им в эпиграф произведения: «Мне отмщение, и Аз воздам» (перевод: На мне лежит отмщение, и оно придет от меня, говорит Господь (в смысле: отмщение не для человеческого суда)).
Несколько позже, в другой работе, Толстой напишет: «Много худого люди делают сами себе и друг другу только оттого, что слабые, грешные люди взяли на себя право наказывать других людей. “Мне отмщение, и Аз воздам”. Наказывает только бог и то только через самого человека». Негоже было Толстому подменять собой Господа Бога в наказании бедной Анны.

@темы: Страсти по Анне, другой взгляд на, история, литература, разговоры, споры, обсуждения