Madilain
Глава 5.
Послесловие. Ницше: судьба и философия (заметки читателя) (III).

А как хорошо все начиналось! Перед вчерашним студентом Фридрихом Ницше, прекрасно образованным, несомненно, наделенным острым умом, незаурядным литературным даром и другими многочисленными способностями, открывались блестящие перспективы в выбранной им науке – классической филологии. В Бонне, а позже в Лейпциге Фридрих занимался у одного из лучших филологов Германии Фридриха Ричля, который видел в талантливом молодом человеке своего возможного преемника. Ричль рекомендовал своего лучшего 24-летнего студента на должность профессора. В письме-рекомендации он писал о подающем надежды Ницше: «Среди стольких дарований, развившихся на моих глазах в течение 39 лет, я не знал никого, кто в столь раннем возрасте обладал бы такой зрелостью, как этот Ницше. Если ему суждено долго прожить — дай Бог ему этого! — я предсказываю, что однажды он займет ведущее место в немецкой филологии. Сейчас ему 24 года: он крепок, энергичен, здоров. Силен телом и духом... Здесь, в Лейпциге, он стал идолом всего молодого филологического мира. Вы скажете, я описываю Вам феномен; что ж, он и есть феномен, и притом нисколько не в ущерб своей любезности и скромности».
Возможно, пророчества Ричля сбылись бы, если бы интерес Ницше не переключился с филологии на философию.

Но что это была за философия?

В первых числах января 1872 г. после долгих мытарств вышла в свет первая крупная работа Ф. Ницше под заглавием «Рождение трагедии из духа музыки» (в 1886 г., готовя новое издание, Ницше предварил его «Опытом самокритики» и дал книге новое название – «Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм», которое, впрочем, не упраздняло прежнего: текст, следующий за «Опытом самокритики», сохранял прежнее заглавие).

Первоначально эта работа была отвергнута всеми издателями за ее ненаучность в классическом понимании, и публикация состоялась только благодаря помощи Вагнера и его издателя. Книгу не покупали, не читали, и ни один журнал, ни одно обозрение не удостоили ее критической заметки. Профессор Ричль также хранил молчание. Фр. Ницше написал ему, что хочет узнать его мнение, и получил в ответ суровую, полную осуждения критику. Поняли и оценили книгу лишь немногие преданные друзья мыслителя, научное сообщество же на нее никак не отреагировало, несмотря на то, что сам Ницше считал «Рождение трагедии» научным произведением: «Наука, искусство и философия, — писал Ницше в январе 1870 г. Э. Роде, работая над этим эссе, — столь тесно переплелись во мне, что мне в любом случае придётся однажды родить кентавра».
По выходу трактата в печать Виламовиц-Мёллендорф(1), один из претендентов на «первое место» в немецкой классической филологии, написал специальное опровержение; Герман Узенер(2) назвал книгу «совершенной чушью» и, характеризуя ее перед своими боннскими студентами, произнес: «Каждый, кто написал нечто подобное, научно мёртв». От Ницше враз отказались все - начиная от учителя Ричля, и заканчивая студентами, которые сорвали ему зимний семестр 1872-73г.
Книга стала шоком для научной общественности, а её автор заработал себе ореол скандального мыслителя.

Основные идеи этой книги были мной изложены в Приложении III (окончание) «Философия Ницше и античность». Собственно говоря, уже в этом труде выражены основные взгляды Ницше на культуру, искусство и их развитие; определены воззрения на Сократа, Платона, Еврипида как губителей «истинного» «дионисийского» начала в искусстве; положены зачатки антихристианских представлений Ницше и его мифотворчества, в полной мере проявивших себя в трактате «Так говорил Заратустра»; и, наконец, здесь опять-таки проявились тенденции Ницше к проповедничеству и наставничеству.
В этом трактате четко прослеживается концепция, направленная на: отказ от просвещенческих идеалов, превращающих, по Ницше, человека из «художника» в «теоретического человека»; возрождение природного начала в человеке; создание общности «благородных» людей (предтечи «сверхчеловеков»), которые составили бы обновленный и здоровый немецкий дух.
В последующих произведениях Ницше все идеи и интенции, заложенные в этом труде, развивались и обретали полную силу.

По стилю эссе представляет собой некий сплав вольного изложения исторических фактов, критического анализа состояния современной культуры и искусства, моментов авторского философствования, элементов филологического исследования, морализаторства и проповедничества, параллелей, проведенных между причинами упадка античной и современной европейской культурами. Все это изложено страстным, но несколько вычурным, метафорическим языком, без ясно выраженной логически построенной мысли; впрочем, этот стиль – рафинированный, эстетский, затемненный излишней метафоричностью, нелогичный – является стилем Ницше на протяжении всего его творчества. Но это не удивительно – ведь Ницше, гуманитарий до мозга костей, уже в этой книге показал свое резко отрицательное отношение к попыткам познания мира, к области рационального и логического, прозревая в его распространении и утверждении угрозу истинной, природной, «дионисической» культуре вплоть до ее гибели.

И все же, профессиональных ученых-филологов оттолкнул не язык произведения и не отрицательное отношение Ницше к Сократу (по утверждению Ф.Ф.Зелинского, пренебрежительное отношение к классикам в ту пору было общепринятым явлением у немецких филологов, и оно не осуждалось и не воспрещалось). Неприемлемым для них оказалось смешение стилей, проведение взаимосвязей между разрабатываемой проблемой (древнегреческая трагедия как жанр искусства) и современностью, включение в работу авторских философских размышлений, уходящих в сторону от заявленной темы; критике подверглась вся философская концепция Ницше. Разрыв между филологами и Ницше оказался радикальным. Но и историки, и философы не спешили приветствовать нового «коллегу» - для них он оставался дилетантом.

И хотя сам Ницше считает себя философом, последующие его произведения, особенно написанные после 1876 г., мало напоминали классические философские труды со связным изложением, недвусмысленным содержанием, последовательностью мысли и логичностью построения. Книги Ницше были похожи на сборники афоризмов и разрозненных высказываний, подчас не связанных между собой. Ни классические немецкие ученые, ни публика не приняли этот стиль. Впрочем, не был принят не только стиль изложения, но и само содержание учения мыслителя.

Итак, ученые – философы, филологи и др. – современники Ницше в свои ряды его не принимали.
Многие современные профессиональные философы также не считают произведения Ницше научными философскими трудами и самого его философом, называя его филологом, поэтом, литератором, философствующим эссеистом и т.п.
По словам принстонского профессора В. Кауфмана, «в одном и том же разделе Ницше нередко занят этикой, эстетикой, философией истории, теорией ценностей, психологией и, быть может, еще полудюжиной других областей, Поэтому усилия издателей Ницше систематизировать его записи должны были потерпеть неудачу».

Поклонники же учения Ницше и исследователи его творчества говорят о нем как об истинном философе и выделяют три периода развития его философии (у разных исследователей есть небольшая разница в датировании): первый или ранний (с 1871 г. по 1876 г.) проходил в рамках осмысления идей античной культуры, творчества Р.Вагнера и философии Шопенгауэра. Тогда были написаны: «Рождения трагедии из духа музыки» (1872 г.), «Несвоевременные размышления», «Философия в трагическую эпоху Греции». Второй или средний период, период «переоценки ценностей», когда произошел разрыв с предыдущей философской традицией (с 1877 (1878) г. по 1881 (1882) г.). Тогда были написаны «Человеческое, слишком человеческое» (1878 г.) «Утренняя заря» (1881г.). И третий период, период зрелого Ницше (1882 (1883) – 1889 г.г.), когда создаются «Веселая наука», «Так говорил Заратустра» (три книги 1883-1884), «По ту сторону добра и зла» (1886 г.), «Воля к власти» (1889 г.).

Надо заметить, что «Рождение трагедии» было, благодаря Вагнеру, чуть ли не единственным вполне завершенным трудом мыслителя.

Как нет согласия в том, является или нет Ницше философом, так нет согласия и по вопросу содержания его учения.
Сколько копий сломано в спорах между противниками ницшеанства и его защитниками. Первые не устают напоминать, что Ницше с его теорией «сверхчеловека» считается одним из основоположников фашистской идеологии, вторые доказывают, что во всем виновата его сестра, фальсифицировавшая и опозорившая гениального брата. И та и другая стороны в доказательство своих точек зрения приводят неопровержимые аргументы – цитаты самого Ницше! Но возникает вопрос – если у Ницше можно найти цитаты на любой вкус и подтверждающие диаметрально противоположные взгляды, что это за философ и что это за философия?!

Трудность возникает еще и в том, что (как уже было сказано) многие произведения Ницше очень метафоричны, с затененным, неясным смыслом. Исследователи, изучающие эти труды, имеют возможность интерпретировать их в соответствии со своими взглядами. И здесь открывается широкое поле для объяснения сокровенного смысла того или иного постулата и уличения своего противника в некомпетентности и непонимании данного высказывания.

Вообще, чтобы «открыть» своего Ницше и понять его, не надо полагаться на многочисленных уважаемых его интерпретаторов, лучше всего прочитать не одно, а несколько его произведений, и тогда многое встанет на свои места. Я не считаю Ницше отцом-идеологом фашизма, как не увидела в нем и гениального бунтаря, неистового пророка-ниспровергателя устоев и глашатая прихода нового типа человека. Для меня Ницше – философствующий эстет; по своей сути средний мелкобуржуазный обыватель, всю жизнь стремящийся к недосягаемой для него высшей ступени общества – аристократии (и отнюдь не аристократии духа, а именно – знати, «высшего общества»); эпатируя публику, ниспровергая устои и приводя в ужас современников, он сам больше всего боялся перемен в обществе, крушения его кастовости, нарушения испокон веков длящихся порядков. Его учение изобилует непреодолимыми противоречиями. Блестящему, но одинокому и непонятому литератору, описывающему свою жизнь, свои эмоции и свои личные представления о своем же высоком предназначении, нужно было всего лишь восхищение и почитание публики, и восторженные отзывы критики. Хотя, конечно, надо признать, что очень многие вещи, такие как филистерство в науке, лицемерие и ханжество христианских церковников, наступательную мощь стремительно развивающейся индустрии, а с ней и возникновение того, что мы сейчас называем «массовой культурой» и отход на второй план (Ницше называет это упадком и гибелью) классической культуры, он уловил очень точно.

Но не будем забывать и то, что все эти идеи, что называется, витали в воздухе, и практически все, сказанное им, было уже высказано его предшественниками и современниками (см. Приложение III Фридрих Вильгельм Ницше). Непосредственное влияние на все учение Ницше, конечно же, оказал выдающийся немецкий философ Артур Шопенгауэр (1788 – 1860). Главный его труд, написанный в 1819г., «Мир как воля и представление» дал толчок переоценке ценностей не только в Германии, но и во всей Европе. Согласно представлению Шопенгауэра, мир не развивается, а движется по кругу, принося бесконечное повторение того же самого. Принцип, управляющий бытием, – это слепая, бесцельная, иррациональная воля, повергающая человечество в вечную борьбу индивидов,– борьбу всех против всех. Пессимизм, отказ от противостояния миру, отказ от самой жизни – духовный итог исканий Шопенгауэра. Единственным ответом на вопросы существования Шопенгауэр считал позицию художника-созерцателя или ушедшего от мира аскета, а в перспективе – смерть.

Взяв идеи Шопенгауэра за основу, Ницше заменяет его минусы на плюсы. Для того, чтобы понять некоторые воззрения Ницше, обратимся к историческим реалиям Германии того времени.
В своем учении Ницше убирает шопенгауэрский пессимизм: он становится неуместен, т.к. Германия во второй половине XIX в., подобно другим европейским странам, становится колониальным и империалистическим государством. За счет энергичного развития промышленности и хозяйства среди других немецких государств заметно выдвигается Пруссия. «Железный канцлер» О. фон Бисмарк (1815 – 1898)в результате победоносных войн против Дании (1864), Австрии (1866), Франции (1871)объединяет Германию. 18 января 1871 г. в Версале была провозглашена Германская империя, где Пруссия стала играть главную роль во всех общегерманских делах.
Мы помним о восхищении Ницше Бисмарком и о том, как Ницше приветствовал эти войны, откуда и пошли его тезисы о необходимости и благе войн. Несомненно, что это восхищение гением Бисмарка и собственный патриотический подъем явились одним из факторов формирования взглядов Ницше на его Сверхчеловека как на властителя своей судьбы и судеб мира, отстраняющего Бога от этой миссии.

Далее, Ницше направляет шопенгауэрскую бесцельную Волю на борьбу за власть. Собственно говоря, эта векторность Воли не удивительна. Не будем забывать, что в мире уже существовало учение Маркса о коммунизме и диктатуре пролетариата. Кроме того, в 1860-х гг. в Германии уже возникли первые рабочие партии. В 1875 г. они объединились в Социалистическую рабочую партию, которая позже стала называться Социал-демократической партией Германии (СДПГ). Ее возглавляли видные представители социалистического движения Август Бебель и Вильгельм Либкнехт. Программа СДПГ провозгласила главной задачей германского пролетариата борьбу за социализм. И хотя в 1878 г. Бисмарк провел закон против социалистов (действовавший до 1890 г.), на основании которого запрещались социалистические организации и газеты, рабочее движение становилось все более массовым, а СДПГ стала одной из самых многочисленных социалистических партий Европы. В рабочих коллективах большим влиянием пользовались профсоюзы. Ежегодно проводились сотни забастовок. Под руководством СДПГ рабочие добились сокращения рабочего дня и некоторого повышения заработной платы. Социалисты вызывали очень большую тревогу у Бисмарка, и не меньшую – у Ницше (см. выдержки из «Человеческое, слишком человеческое», «Антихрист»). Депутаты от СДПГ избирались в Рейхстаг, беспрепятственно произносили в нём свои речи против государственной системы, а свои съезды собирали в Швейцарии и оттуда переправляли публикации в Германию. Так что, борьба за власть, пока в рамках парламентской битвы, шла непрерывно.
Ну и кроме этих процессов в своем Отечестве, Ницше, естественно, наблюдал череду французских революций: февральскую революцию 1848 г., приведшую к свержению короля Луи-Филиппа I, установлению Второй республики и оказавшую непосредственное влияние на революцию 1848—1849 годов в Германии; сентябрьскую революцию 1870 г., приведшую к созданию Третьей республики; плебисцит 2 декабря 1852 г., установивший конституционную монархию во главе с племянником Наполеона I Луи Наполеоном Бонапартом, принявшим имя Наполеона III; и, наконец, Парижскую коммуну 1871 г., когда во главе Парижской коммуны встали объединённые в коалицию социалисты и анархисты, которые считали Парижскую коммуну первым образцом диктатуры пролетариата в истории.
Диктатура пролетариата, социализм и коммунизм переставали быть лишь теоретическими постулатами и приобретали вполне реалистические черты. Борьба за власть между различными партиями, различными классами, различными мировоззрениями шла нешуточная.
Так что направленность ницшевской Воли к власти вполне объяснима.
__________________________________________________________________________
(1)Ульрих фон Виламовиц-Мёллендорф (1848—1931) — крупнейший немецкий филолог-классик. С 1876 профессор в Грейфсвальде, с 1883 — в Гёттингене, с 1897 — в Берлине.
(2) Герман Карл Узенер (1834 —1905) — немецкий филолог, профессор Боннского университета, корреспондент Российской академии наук.
(Продолжение следует...)


@темы: Антиутопии - утопии - Платон - Ницше, история, литература, читальный зал